Реконструкция старого дома в Англии

Настоящая капсула времени: старый дом в Англии наполнен волшебными реликвиями прошлого

Все старые вещи, будь то одежда, книги или дома, хранят в себе память о прошлом, о том времени и о тех людях, которым они принадлежали. Ты всегда прикасаешься к этим вещам с особым трепетом и любопытством, а в старые архитектурные строения, заходишь, затаив дыхание.

Этот дом настоящая реликвия! Он был построен в 1800-х годах и его внутренний интерьер это что-то необыкновенное. Несмотря на то, что зданию уже столько лет, внутри он ни капли не изменился со дня своей постройки, все предметы интерьера и дизайн помещения хранят в себе дух того времени.

Ферма Grange, расположенная в городе Ритон-он-Дунсмор (Англия), выглядит как типичный дом 1800-х годов.

Но когда вы войдете внутрь, обнаружите, что дом представляет из себя нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

Владельцы дома брат и сестра Джек и Одри Ньютон, изображенные здесь в молодые годы, недавно скончались.

В старом фермерском доме время перестало тикать где-то в 1940-х годах.

Семейный дом Ньютонов теперь похож на временную капсулу, навсегда сохраненную как живой музей, и, наконец, открытый для публики.

Поскольку ни брат ни сестра не состояли в браке и не имели детей, они все время прожили вдвоем.

Они работали на ферме до 80-х годов, и старались содержать свой дом в таком состоянии, в каком его оставили им их родители.

Теперь, поскольку некому было наследовать это имение, дом и его содержимое выставлены на аукцион.

Потенциальные покупатели не перестают удивляются тому, что многие вещи за столько лет не потеряли своего первоначального состояния.

Каждый дюйм дома наполнен реликвиями прошлого.

Хотя Джек и Одри никогда не покидали своего дома, они не вели скучный образ жизни.

Дом видел массу интересных людей, в том числе актеров Ковентри Белград – театральной компании, основанной после Второй мировой войны.

Известные певцы также останавливались в этом доме, в том числе Майкл Кроуфорд, звезда Бродвея.

Из-за его многочисленных гостей дом обставлен музыкальными инструментами и также есть целая коллекция нот с 1920-х по 1940-е годы.

Китайские вазы 1930-х годов, коктейльные стаканчики 1960-х годов, телевизор 1950-х годов, а также медицинские комплекты для ампутаций эпохи Второй мировой.

В доме также были найдены старые настольные игры и спортивное оборудование.

В этом доме на протяжении 100 лет не обновлялась не одна вещь.

Дом нагревается каминами и угольными печами.

Холодильника не было и вместо этого брат и сестра использовали все естественные методы поддержания свежей пищи.

Наверху расположены спальни хозяина и хозяйки.

Как сказал аукционист Стюарт Лонг о доме: «Я занимаюсь этим почти 40 лет, и это самый интересный дом, который я когда-либо видел».

По словам соседа и другой семьи, Джек и Одри были теми людьми, кто ничего никогда не выбрасывал.

Их дом похож на колбу, хранившую в себе память ушедшей эпохи.

Grange Farm отлично отражает внешний вид Англии эпохи Второй мировой войны.

Во время войны Джек служил в Королевских Военно-воздушных силах. Как сказал друг и соседка: «Джек был в ВВС во время войны, и он был мастером на все руки, он много чего сделал».

После войны Джек вернулся на семейную ферму, где он и Одри подняли свиней и крупный рогатый скот.

Прошло время и они, в конце концов, продали скот, но они продолжали обрабатывать землю.

Теперь, когда брата и сестры не стало, репортеры, коллекционеры и местные жители наслаждаются многими сокровищами этого старого дома.

Учитывая, что брат и сестра использовали только две спальни на верхнем этаже, большая часть дома пустовала.

Когда историю этого дома выложили в Интернете, многие пользователи написали: «Этот дом должен превратиться в местный музей». Но кого-то не очень радовала эта идея: «Это жуткий, зловещий дом, и хозяева были явно какими-то отшельниками».

Что вы думаете об этой 115-акровой ферме и ее старинном доме? Вы бы хотели здесь жить?

Английский дом: старая, но крепость

Большинство горожан в Англии живут в старых, но еще крепких домах. Зимой в них может быть довольно прохладно, но зато всегда можно согреться, бегая по лестнице: почти в каждой квартире есть своя лестница на три или даже четыре этажа.

Английский интерьер

Нет ничего проще, чем описать английский стиль в интерьере. Даже ни разу не бывавший в Британии человек может легко подобрать нужные детали из литературы, кино, рекламы. Разместите в комнате огромный камин, обшейте стены дубовыми панелями, на большие окна с густым переплетом рам повесьте толстые тяжелые занавески — и вы почти у цели.

Положим на пол коврики, сделанные из разноцветных, но тщательно подобранных кусочков толстой ткани, расставим напротив камина массивные диваны и кресла с резными подлокотниками из красного дерева, а чуть в стороне от камина — чайный столик, накрытый клетчатой скатеркой. Что еще осталось? Картина с лошадью на стене, китайская ваза в углу да индийская шкатулка на камине. Последний штрих — корзины для тростей и зонтов при входе. И где-то там на заднем плане должна быть видна лестница, которая ведет на второй этаж, в спальню. По такому рецепту создается, пожалуй, большинство «английских» интерьеров для фильмов и журналов.

Викторианский стиль

С архитектурными особенностями настоящего английского дома дело обстоит немного сложнее. Почти любое жилое строение в Англии можно назвать «домом в викторианском стиле». Если вы заглянете в архитектурный справочник, то из этого определения поймете только то, что дом был построен когда-то в 19-м, а, может, и в 20-м, веке. Фасад его может быть украшен лепниной, декоративными и настоящими балконами, могут быть даже колонны, а могут быть только условно разделяющие этажи карнизы и выступы вокруг окон. Викторианский стиль — торжество эклектики. Дом выглядит настолько вычурно, насколько это позволяют средства застройщика.

Тем не менее можно выделить несколько типов английских домов.

Старые фахверки

В центре типичного небольшого английского городка, рядом с похожей на крепость каменной церковью и старым кладбищем (покосившиеся камни на зеленой лужайке) непременно есть квартал старинных зданий, построенных еще при основании городка, где-нибудь в XIV–XV веке. Это иногда каменные, но чаще фахверковые сооружения. То есть несущий каркас дома выполнен из толстенных брусов, а промежутки между ними заполнены камнем или кирпичом.

Встречается и имитация фахверка, когда несущие стены сделаны из кирпича, а к фасаду в декоративных целях прикрепляются деревянные детали. Белёные стены фахверковых домов с тёмными ажурными каркасами делают исторический центр городка нарядным и притягательным для туристов с фотоаппаратами.

На первых этажах этих зданий, по-видимому с момента постройки, находятся всевозможные магазинчики, пабы или конторки. А уже на втором этаже располагается гостиная и комнаты хозяев. Третий этаж — мансардный — изначально предназначался для прислуги. Там размещались малюсенькие комнатки, соединенные узеньким коридорчиком.

В таких домиках по-прежнему могут жить люди. Зачастую эти сооружения являются памятниками архитектуры, так что нынешние хозяева при всем желании не могут использовать в них современные удобства. Разве что в придачу к дровяному камину получится установить где-то на заднем дворике газовые баллоны, чтобы включить на первом этаже горелку, если станет совсем уж холодно.

Эти древние домики имеют небольшие окошки с одинарными рамами, которые непременно открываются снизу вверх. Кровля когда-то, вероятно, была покрыта черепицей. Сегодня же в большинстве случаев используется битумное покрытие, которое только имитирует типичные для черепицы чешуйки.

Самое поразительное в этих домах — небывалое долголетие строительных материалов и мастерство строителей. Еще много веков назад они сделали доброе дело — ввели моду на прочность и основательность. Это имело и юридические последствия. Некоторые британские семьи живут сейчас в домах (и даже в квартирах !), имея договор аренды на них сроком на 100, а то и на 300 лет.

Современный особняк

В небольшом британском городке вряд ли найдешь многоэтажную застройку. Зато легко встретить современные кварталы типовой малоэтажной застройки. Пять–десять домиков-близнецов подряд — обычное дело.

Если дома подороже и рассчитаны на одну семью, то фасады и детали планировки могут немного отличаться от соседских (видимо застройщики учитывают пожелания состоятельных клиентов). Эти дома похожи на те, что сейчас строятся в Америке или в России: встроенный гараж, гостиная, кухня, кабинет на первом этаже, спальни — на втором, как правило мансардном. Окна с металлопластиковыми рамами и битумная черепица на кровле. На заднем дворе — почти обязательно — надувной или каркасный бассейн. Вокруг бассейна — лужайка. Редко когда встретишь во дворе сад, и уж совсем немыслимо найти грядки с овощами.

Местный колорит можно разглядеть только в маленьких детальках. Типичный газон перед домом из сочной темно-зеленой травы, заложенный еще застройщиком. Неприметная входная дверь, как правило, без крыльца, прикрытая от дождя только небольшим навесиком.

«Рябой» кирпич в стенах, коричневый, с черными пятнами, а иногда и вовсе, то чёрный, то красный через один. Такой в российской глубинке посчитали бы третьим сортом, а в Англии его используют повсюду, даже на самых респектабельных улицах.

Обращает на себя внимание, что пространство дома жестко отделено от двора. Навесы, веранды, капитальные беседки, которые сейчас любят в России, — большая редкость. У англичан семейная жизнь сосредоточена в доме, а двор — это просто большой газон.

Квартира Шерлока Холмса

Самое дешевое жильё для семьи в маленьком городке — это квартира в трех-пятиквартирном одноэтажном доме, похожем на барак. Домик такой вытянут вдоль дороги. Перед каждой квартирой — площадка для машины. Также в распоряжении каждого квартиранта — крошечный задний дворик, в каждом из которых помещается, как правило, надувной бассейн. Еще что-то полезное расположить на такой площади вряд ли удалось бы. Планировка квартиры — простейшая: кухня-столовая, санузел, пара спален.

Читайте также:  Квиллинг: цветы астры

Подавляющее число жителей больших городов живет в многоквартирных домах. Так называемый нью-билдинг (каркасно-монолитные высотки) в Лондоне, к примеру, составляет примерно пять процентов жилого фонда. Основная масса квартир сосредоточена в 3–4-этажных домах, плотно пристроенных друг другу, так что когда идешь по улице, трудно понять, где начинается один дом и заканчивается другой.

Есть дома с подъездами, похожие на советские «хрущевки». Их, как правило, строили муниципалитеты во второй половине прошлого века. Сейчас это самое дешевое жильё в мегаполисе.

Большинство горожан предпочитают квартиры с отдельным входом. Это значит, что в каждой квартире будет своя лестница с первого на третий или даже четвертый этаж. Именно в такой квартире, к примеру, находится музей Шерлока Холмса на Бейкер-Стрит. На первом этаже, где сейчас устроили сувенирную лавку, изначально была кухня и кладовка. На втором — гостиная с камином и комната, отведенная в музее для Холмса. На третьем — еще две комнаты (для Ватсона и миссис Хадсон). Третий этаж, по-видимому, должен обогреваться, от дымоходов, идущих с первого и второго этажей. На каждом этаже одна из комнат имеет окна на большую улицу, а другая — в узкий проулок, ведущий к заднему ходу.

Дома такого типа строились в течение XIX и XX веков. Здание может иметь множество собственников и арендаторов. Из-за запутанной структуры собственности в доме не так-то просто устроить реконструкцию, ведь для этого понадобится согласие всех заинтересованных лиц. Поэтому многие дома, как снаружи, так и изнутри имеют едва ли не первозданный вид. Так что склонность англичан к консерватизму и сохранению традиций имеет под собой и юридические основания. Благо что способствует этому мастерство местных строителей.

Типичный английский дом построен в далеком 1680 году, но внутри он выглядит прекрасно

Построен дом обычно из красного кирпича. Причём никакой внешней отделки стен не предусматривается. Это достаточно долговечный и красивый материал. И дома из него в условиях островного и мягкого климата стоят столетиями. Собственно поэтому и нулевой этаж строится на уровне земли. Фундаменты здесь невысокие. И не увидишь тут никакого крыльца или террасы у входной двери.

А теперь заходим внутрь… Просто картинка из журнала! Хозяевам хотелось внести в дизайн как элементы деревенского стиля, так и современного.

Как вам, нравится?

Очень милая атмосфера на кухне. Классический вид удачно сочетается с современным оборудованием.

В деревне дома немного попроще, чем в городе. Здесь частенько можно увидеть жилища из камня. По размеру старый деревенский британский дом обычно меньше городского. Да и второй этаж у него часто является мансардным. Зато в деревне можно увидеть крыши из тростника и травы. Смотрятся они очень оригинально и красиво. Теперь выходим на террасу и снова восхищаемся.

В древние времена крыша, покрытая тростником или травами, говорила о бедности хозяина. Но времена меняются и сегодня немногие богатые владельцы домов могут себе позволить такую крышу. Сейчас наличие крыши из тростника говорит о богатстве владельца дома. Невероятно уютный дворик! Идеально для завтрака.

Обычно на первом этаже располагается гостиная комната, кухня и кабинет, если он предусмотрен. Спальня, ванная и другие комнаты располагаются на следующих этажах. Кухня раньше была небольшого размера. Сегодня её стараются сделать побольше, чтобы за обеденным столом поместилось всё семейство.

В гостиной часто располагается камин, который есть практически в каждом британском доме. Напротив камина, по традиции, ставят кресло или диван. Вблизи него будет уместен и чайный столик, который накрывают скатертью. В кабинете обычно ставят стол и кресло, да стеллажи для книг или шкаф для той же цели.

В спальных комнатах присутствует обычный набор мебели – кровать, шкаф для одежды и комод. Вообще, в жилище англичан присутствует минимальный набор мебели. В них никогда не бывает ничего лишнего. Только самые необходимые вещи и предметы.

Ещё одним традиционным элементом дизайна, правда уже наружного, является устройство газона и цветников. Газон – это гордость владельца дома. Его выращивают и облагораживают годами. А вот многочисленные цветники и клумбы, располагаются и перед домом, и за ним. И это ещё одна английская традиция.

Подступает ночь — в окнах зажигается свет, создавая очень уютное семейное чувство внутри.

Замечательный маленький домик для дружной семьи, как считаете? Делитесь мнением в комментариях.

Чем закончился опыт реновации жилья в Англии

Эй, Собянин! Почитай о печальным опыте британцев!

5 сентября 2017

Людям свойственно стремиться к комфорту, особенно в том, что касается места проживания. Очевидно, что помани любого виллой в Тоскане — и он тут же бросит свою старую «двушку» в «хрущевке» на окраине Капотни ради ласкающего солнца и виноградников по соседству. Или предложи человеку пятнадцатикомнатную усадьбу на Рублево-Успенском шоссе в обмен на его трехкомнатную квартиру в Люберцах (она, конечно, хороша, но ее еще родителям от завода выделяли) — как тут устоять?

Важно лишь, чтобы можно было сразу взять вещи и просто переехать, а не выезжать сегодня, а получить вожделенное жилье в светлом неопределенном «завтра». Комфорт — это хорошо, но стабильность, как правило, еще важнее, поэтому лучше уж как-нибудь в «двушке» перекантоваться без риска остаться между Капотней и Тосканой в районе Белорусского вокзала. Такая логика тем более работает, когда человеку говорят, что вот сегодня его выселят… куда-нибудь, его дом снесут, а уже через n+1 лет он сможет, счастливый и довольный, заехать в новое улучшенное жилье — правда, к сожалению, все в той же Капотне.

Особенно цинично это выглядит тогда, когда человеку говорят об этом в виде констатации факта, а не в виде предложения для обсуждения. Ну и совсем плохо, когда человека отправляют куда подальше, пусть и с компенсацией, а на месте его жилья строят новое, получше, но сам человек становится чужим на празднике этой улицы.

Вот тогда-то начинается битва за зону комфорта, пусть старенького, но постоянного. И невдомек предлагающим, что надо уговаривать, а не заставлять стремиться к лучшему: топорные методы почему-то по-прежнему считаются у сильных мира сего наиболее любимыми. И это, к слову, относится не только к России. Вот тебе подтверждение этого тезиса из Великобритании.

В 2002 году британские политики решили, что пора расселять террасы. Под «террасами» в данном случае подразумевается тип домов, которые в Англии строились на протяжении последних четырех веков: однотипные жилые малоэтажные дома блокируются друг с другом боковыми стенами, а у каждого домика есть отдельный вход (иные изыски — гараж, но это, скорее, исключение, чем правило).

Подобная застройка, носящая в архитектуре название «блокированной», стала настоящим символом Англии и своего наибольшего расцвета достигла во времена колониального триумфа. Забавно еще и то, что такой тип строительства стали применять после Великого лондонского пожара 1666 года (тут должна быть шутка про число зверя, но нам Патриарх велел не лезть на его территорию), когда 13 500 домов сгорели в том числе и потому, что стояли слишком близко рядом друг с другом.

Тех, кто селился в такое жилье, исторические аналогии, впрочем, волновали мало. Докеры, заводчане и рабочие больших фабрик рассматривали мрачные, неуклюжие порой дома как настоящие хоромы: не трущобы — и на том спасибо. Постепенно, однако, такие постройки были перенаселены, и ситуация могла бы стать критической, если бы в 60—70-х годах XX века часть этих кварталов не сровняли с землей, отстроив на их месте большие многоэтажные дома.

Некоторые кварталы, конечно, сохранились, и вот в 2002 году именно с ними решили разобраться британские власти. Вице-премьер в правительстве Тони Блэра Джон Прескотт пролоббировал введение программы «Инициатива по обновлению жилищного фонда».

Говорилось следующее: эти дома морально устарели, в тех районах или даже целых городах совсем нет работы, разгул преступности, нет никакого развития, спрос на жилье падает, цены тоже не ахти какие. Давайте мы все эти кварталы снесем к чертям, а на их месте построим более комфортабельные дома с крикетом и горничными, то есть со всеми удобствами. И долой это соединение стен, что за прошлый век! И тогда в такие города поедет не только Леонид Слуцкий, но и другие люди, умеющие зарабатывать и платить налоги в британскую казну.

Предполагалось также, что это все приведет к повышению цен на недвижимость и к большому спросу. Про остальное — снижение преступности, большое количество работы — в качестве целей тоже говорилось, но вскользь. Как потом выяснилось, зря.

Реновация имени Прескотта по своим масштабам была куда эпичнее реновации Собянина. Предлагалось снести 400 тысяч домов в 12 городах Англии. Среди них — Халл, Бернли, Мидлсбро, Ливерпуль, Бирмингем. Этот чемпионат Англии по сносу старого жилья не обошелся без зрителей — почти в буквальном смысле: прежде чем начинать этот проект, власти Великобритании практически не советовались с людьми, особенно с теми, кто в этих кварталах жил.

Что удивительно, ведь в стране с одной из наиболее развитых демократических систем в мире просто обязаны были посоветоваться, стоит ли вбухивать такие деньги в программу, которая может понравиться не всем. А замах-то был на фунт, да даже не на один: за девять лет «Инициативы по обновлению жилищного фонда» программа поглотила в себя 2,3 миллиарда фунтов, выделенных правительством. Коллективный Собянин может позволить себе улыбнуться: только на первый этап реновации Москвы за три года должно уйти денег примерно в два раза больше, чем у британцев за все время.

Читайте также:  Техника свинг-вязания: мастер-класс со схемами

Так или иначе, по сигналу из Лондона в городах Англии, вошедших в программу, заработали бульдозеры. У жителей, согласившихся на переезд, забирали их квартиры, в ответ выплачивалась компенсация, а освободившиеся кварталы начинали планировать к сносу. За счет программы начали создаваться новые рабочие места: в докладе 2013 года по итогам программы пишется, что их было создано 19 тысяч, а 2600 рабочих мест сохранялось в сфере строительства каждый год. Эксперты — в первую очередь, конечно, близкие к правительству, — начали отмечать поступательное движение рынка недвижимости вверх: постепенно цены на жилье в депрессивных районах стали ползти к среднему показателю по стране.

Но потом все пошло не так. Первыми взбунтовались хранители культурного наследия страны. Королевский институт дипломированных геодезистов (теперь ты знаешь, что писать в дипломе, купленном в метро!) так сформулировал недостаток программы в августе 2005 года: «Историческое наследие Британии быстро исчезает из-за неудачной реконструкции и ненужного сноса — в частности, викторианского террасированного жилья на северо-западе Англии».

Работники института, да и не только они, предложили дома не сносить, а реконструировать, оставив первоначальный вид, но расширив уровень комфорта внутри. Но тезис, что, мол, новый дом строить дешевле, чем восстанавливать старый, геодезисты назвали заблуждением. Проблема, правда, была в том, что старые дома строились по куда более качественным нормативам, чем новые, а специалистов по восстановлению уникальной архитектуры в Великобритании куда меньше, чем чиновников, ратующих за снос.

Затем стало нарастать недовольство самих жителей. Кто-то остался недоволен размером компенсации, но основные баталии стали разворачиваться вокруг тех, кто выезжать отказался. Мало того, что по всей стране переругались добрые соседи — те, кто был против сноса, с теми, кто был за снос. Это полбеды. Хуже для власти было то, что раз за разом в разных частях Англии стали появляться одиночки, не боящиеся отстаивать право жить именно в «террасах» и не дающие чиновникам воплощать в жизнь мечты об улучшении рынка недвижимости. Активисты пошли в суды, и программа впала в ступор: кажется, никто из руководителей «Инициативы по обновлению жилищного фонда» просто не ожидал, что проект столкнется с таким ожесточенным сопротивлением. А потом иски жителей еще и стали удовлетворяться: в Великобритании, как оказалось, нет «басманного правосудия», суды не встают автоматически на сторону государства (как они там живут-то вообще?!).

Надо сказать, что те, кто отвечал за реализацию программы на местном уровне, постарались сделать все, чтобы она встретила максимальное неприятие со стороны жителей. Власти не гнушались порой принудительным выселением. Британский Channel 4 показал сюжет о 82-летней женщине, которую, по сути, отправили на улицу ради сноса домов, и это вызвало дополнительное возмущение всей страны.

Под раздачу попадали и дома знаменитостей: в 2010 году решили снести квартиру Ринго Старра, например (потом решили все-таки восстановить). В некоторых городах снос домов начался, несмотря на то что на этих же улицах оставались люди, отказавшиеся выселяться. Да и в целом отношение властей к горожанам было таким, что британский писатель Оуэн Хэтерли в 2010 году в книге «Путеводитель по новым руинам Великобритании» назвал происходившее «классовой чисткой». И другие исследователи программы согласились, что это недалеко от истины.

Некстати пришелся для программы и финансовый кризис 2008—2009 годов: в этот момент субсидии на британскую «реновацию» резко сократились, а ипотечные кредиторы, и без того не питавшие иллюзий в отношении проекта, свели выдачу денег на приобретение нового жилья в этих кварталах к минимуму. И в марте 2011 года программу свернули. Выяснилось (сюрприз-сюрприз!), что строительство новых домов не улучшает автоматически уровень социального благополучия в городах: нужно, оказывается, решать экономические проблемы, а не пытаться заменить один класс людей другим, надеясь на их благоразумие и трудолюбие. Еще оказалось, что повышение цен на недвижимость, зафиксированное во вновь отстроенных районах, было в немалой степени заслугой спекулянтов, а не достижением программы. А главное, дома можно было реконструировать! Более того, программа изначально предполагала и такой вариант, без сноса, по договоренности, но человека на бульдозере, получившего право ломать и крушить все вокруг, остановить практически невозможно.

Итоги программы сложно назвать позитивными. Глава центра российской культуры в Лондоне Pushkin House и сооснователь Московского общества защиты архитектуры (MAPS) Клем Сесил долгое время работала в организации SAVE Britain’s Heritage, которая находилась на переднем краю борьбы с реновацией по-британски. В своем материале для сайта BBC она приводит следующие цифры: при затраченных 2,3 миллиарда фунтов из 400 тысяч запланированных к сносу домов снесено всего 30 тысяч, а построено в два раза меньше. Правда, в ходе программы (она после 2011 года видоизменилась в другие проекты) было реконструировано примерно 108 тысяч домов, но это не очень сильно работает на программу. Большая часть кварталов превратилась в полуразрушенные пустыри, а там, где еще остались люди, уровень социальной напряженности только вырос.

В мае 2011 года правительство Великобритании объявило о создании фонда помощи тем, кто пострадал в результате программы реновации — так она поглотила в себя еще 30 миддионов фунтов. Пустующие дома было решено реконструировать, то есть власти решили сделать то, о чем говорили с самого начала. В итоговом докладе о программе для палаты общин в октябре 2013 года признавалось, что создателями было допущено несколько грубых ошибок и главная из них — полное игнорирование интересов жителей. Никто у людей не спросил, чего они хотят, а кварталы Халла и условного Мидлсбро хотели снести по единой модели, без учета особенностей жизни в этих городах. В общем, подход к мнению жителей был, прямо скажем, формальный. В том же докладе пообещали, что так больше не будет. Искренне порадуемся за британцев. За нас — с «басманным правосудием» и коллективным Сергеем Семеновичем — радуется с трудом.

Реконструкция старого дома в Англии

[Tags|15 век, 16 век, 17 век, зарядье, китай-город]

Кросспост в сообщество arhiv_palat .Приглашаю всех вступать и участвовать!

Палаты Старого Английского двора – бесценный памятник московского каменного зодчества, один из редких образцов гражданской архитектуры XV – XVII вв, сохранившихся в историческом центре столицы. Он по праву входит в сокровищницу русской национальной культуры. Палаты были возведены в конце XV в. на оживленной ул. Варварке купцом Иваном Бобрищевым по прозвищу “Юшка”, выходцем из Сурожа, богатого центра средиземноморской торговли (ныне г. Судак в Крыму). Предположительно, строительство здания начал итальянский архитектор Алевиз, работавший в те годы в Кремле. Наиболее яркая страница в истории палат связана с зарождением русско-английских отношений в эпоху правления царя Иоанна IV Грозного и королевы Елизаветы I Тюдор. В 1556-49 гг. здесь размещается резиденция лондонской торговой “Московской компании”, а на время посещения дипломатических миссий – посольский двор Англии, первое официальное представительство западной державы в русской столице.

В 1649 г., после казни короля Карла I в революционном Лондоне, царь Алексей Михайлович изгоняет британцев из России. Палаты переходят в собственность родственника царя – боярина И. А. Милославского, затем отписываются в Посольский приказ, а в конце XVII в. становятся подворьем Нижегородского митрополита. В начале XVIII в. Петр I организует здесь одну из первых в России арифметических школ. С середины XVIII в. палаты переходят в частное владение купеческих фамилий Солодовниковых, Милас и др. На протяжении XVIII-ХХ вв. различные владельцы постоянно перестраивают здание: в советское время под жилые квартиры и учреждения, с 1949 по 1966 г. здесь размещается первая в стране Библиотека иностранной литературы. К середине XX в. Английские палаты на Варварке окончательно потеряли свой изначальный вид и считались безвозвратно утраченными. Второе рождение памятника связано с именем известного архитектора и реставратора П. Д. Барановского, который в 1956 г. заново открыл древние палаты, а в годы строительства гостиницы “Россия” поднял общественность на их защиту от сноса.


Палаты Английского двора до реставрации выглядели как обычный дом 19 века.


После обмеров и фрагментарной реставрации власти начали снос древнего здания. Потребовалось немало усилий, чтобы остановить это варварство.

В ходе реставрации здания в 1968-72 гг. была выявлена историческая основа памятника, скрытая под стенами поздних построек, и палаты снова обрели облик сложившейся в начале XVII в. Работы, проводимые под руководством И. И. Казакевич и Е. П. Жаворонковой, стали начальным этапом реконструкции памятника, его исторических интерьеров, усадьбы и прилегающего денежного двора. Палаты Старого Английского двора являют пример слияния традиций московской и западноевропейской архитектуры XV-XVII вв. Одноэтажное здание, возведенное на белокаменном подклете конца XV в., как и многие купеческие дома той эпохи, сочетает парадные покои с обширными складскими и хозяйственными помещениями. Главный (южный) фасад здания обращен в сторону Москвы-реки. Парадное крыльцо ведет в Казенную палату с сенями и Поварню (кухню) с собственными сенями и боковым входом. Погреба и чердак были оборудованы для хранения товаров. На чердаке действовал подъемный механизм западноевропейского образца. Все помещения связаны внутренними крутыми лестницами.


Английский двор в 17 веке.Реконструкция Рябова.

На Английском подворье располагался фруктовый сад и многочисленные подсобные строения. С дозволения Иоанна Грозного англичане держали по соседству денежный двор, где чеканили русскую монету из привозимого ими в страну серебра.

Читайте также:  Складная полка своими руками


Казенная палата – парадный зал английской купеческой и посольской резиденции в Москве. Здесь хранилась казна “Московской компании” и проходили деловые приемы. В начале 1990-х годов реставраторами был восстановлен интерьер палаты и находящаяся в ней русская печь со встроенным камином, отделанная краснофигурными изразцами. Своды палаты украшает величественное бронзовое паникадило, повторяющее образцы XVII в.

Поварня – палата, где в XVI-XVII вв. располагалась кухня, оснащенная печью и открытыми очагами, которые были характерны для европейских домов той эпохи. В настоящее время музей проводит здесь тематические, художественные и археологические выставки.

Как сделать интерьер в духе старой Англии в обычной новостройке

Среди поклонников классического стиля немало тех, кто всем направлениям предпочитает старую добрую Англию. Сегодня на примере московской квартиры мы рассмотрим, как можно создать интерьер для Шерлока Холмса прямо в новостройке

По требованию заказчиков, семейной пары с ребёнком-девочкой, разработчик должен был создать разнообразие интерьера помещений, при этом сохранив единую стилистику классической строгости и сдержанности.

Архитектор Надежда Малых решила исполнить каждый из объёмов в собственной цветовой гамме. Проект разрабатывался для новостройки, до этапа отделочных работ. Все внутренние перегородки ставились по разработанному и согласованному плану.

Объединяющих мотивов несколько — схожие цвета с преобладанием какого-то одного тона, одинаковый пол из светлого, популярного сегодня паркета «выбеленый дуб», единое исполнение потолков с верхним мощным плинтусом. В прихожей, ванной и на кухне полы укрыты плиткой контрастных цветов. Но главное — это именно спокойная классика, без эпатажа и революционных интерьерных решений.

Заказчики попросили не демонстрировать широкой аудитории кабинет и детскую, поэтому в публикации этих фотографий нет.

Старая добрая Англия

Рассматривая фото интерьеров, мы понимаем, что задача получения разнообразия в рамках одного стиля решена вполне успешно. Наиболее яркой, в прямом и переносном смысле, получилась гостиная, весьма напоминающая классический викторианский стиль. Правда, вместо тяжёлых панелей — густое бордо (красно-коричневый терракотовый цвет) матовых обоев под шёлк. Да и корпусная мебель — «не по правилам» белая (как и двери), а мягкая, не кожаная, и пледов нет.

Но зато общая атмосфера «старой доброй Англии» присутствует. Кстати, в открытых полках мы всё же видим классическую деревянную облицовку вертикальных поверхностей. Предложенный вариант пришёлся весьма по вкусу заказчикам, которые с удовольствием согласились на бордо в сочетании с белым и жёлто-золотым, это оказались их цвета.

Сливки, крем и шоколадная глазурь

Светлая, с плиткой на полу рабочая поверхность — не у окна. Удобная, конечно же — таким было пожелание хозяйки. Кухня такой и получилась — самой светлой во всём интерьере. И с шотландскими мотивами — благодаря цветам и узорам облицовки острова и плитки пола. Настроения добавляет раскладка стеклянных дверец шкафчиков и яркие, выразительной формы мягкие стулья.

Нежно-кремовый фартук из мелкой плитки распространяется по остальным стенам и продолжает клеточный мотив помещения. Мягкий цвет настенного кафеля «отражает» терракоту тумбы острова, пола и обивки стульев. В итоге получился классический переход цвета от белого через розово-кремовый к тёмной терракоте. Даже в более «жёсткой» по контрастным цветовым сочетаниям гостиной нет никакой тяжеловесности, а кухня просто воздушна, наполнена светом.

Ситцевая спальня

Спальня у Надежды Малых вышла откровенно «не мужской» и очень спокойной, что особо оговаривалось заказчиками. Своё видение диктовала хозяйка — никаких потрясений и чего-то сложного, всё должно быть классическим и даже консервативным. «Потрясений мне хватает на работе, как и мужу, здесь мы хотим только расслабления. Нам в спальне и телевизор не нужен, здесь мы планируем исключительно отдыхать. И пусть нас вообще ничто не отвлекает».

Практически никакого декора, всё очень лаконично и без архитектурных излишеств. Стильная мебель, стильная люстра и светильники (торшер и настольные лампы на прикроватных тумбочках) — всё выдержано в мягкой кремово-сливочной гамме, которая здесь полновластная «хозяйка». Строгой геометрии белоснежный портал объединяет спальную комнату с остальными интерьерами, где белый присутствует тоже, но в разных количествах.

Отдельный мир ванной комнаты

Единственное место в квартире, где присутствуют иные цветовые сочетания — это помещение ванной. Вновь дизайнеру удалось эффектно перейти от тёмного густого травянисто-зелёного плиточного пола через вертикального узора кафельную настенную панель с бордюром до кремово-жёлтого и к белоснежному на потолке — глазу приятны эти переходы.

Стилистически, если посмотреть на мебель и сантехническую арматуру, помещение выполнено в эклектичном стиле с преобладанием геометрически строгой классики. Строгости придаёт геометрия, её нарочитая прямоугольность — очень аккуратно и «вкусно» получилось! Акценты: золотая арматура, перекликающаяся с медальонами бордюра. В овалах изображены собачьи морды разных пород — это тоже шаг навстречу заказчикам, которые имеют собаку и вообще любят живность и природу. А ещё было условие — большое зеркало. Выполнено — помещение стало зрительно больше, появился дополнительный объём.

Надежда Малых, архитектор

Окончила Московский архитектурный институт (МАРХИ). Является членом Международного художественного фонда, секции «Дизайн». Проектирует уникальные жилые и общественные интерьеры, частные дома и квартиры. Работает в различных стилях — от классического до современных, с учётом пожеланий и предложений заказчика. В работе ориентируется на новые и прогрессивные мировые направления в интерьерном дизайне.

От первого лица

Моя цель: сделать жизнь людей комфортной, это означает — счастливой, используя свой творческий потенциал и знания.

Для меня дизайн — это, прежде всего, создание условий для комфортной жизни. Меня вдохновляют личности людей, для которых проектируешь, желание увидеть новое и прогрессивное, присущее каждому заказчику. Учёт пожеланий заказчиков, мои знания и опыт способны превратить рутинный процесс в творческий и получить результаты, превосходящие все ожидания.

При подборе декоративных материалов часто невозможно избегать сюжетных изображений — на обоях, плитке, фризах. Получается, что интерьер наполняется в виде орнаментов какими-то образами, картинками и это выходит из-под контроля. Однако для нас существенной роли это не играет, главное, чтобы всё было собрано по цвету, фактурам, пропорциям и множеству других, возможно, не сразу заметных параметров.

Использованные приёмы

  • Зонирование. Разграничение функциональных зон ярче всего нашло своё выражение на переходе из прихожей в остальную часть квартиры. Во-первых, это кафельный пол и, во-вторых, иного рисунка обои.
  • Расширение пространства, добавление объёма, объединение. Самым явным примером служит входной портал без дверей, ведущий в спальню. Он одновременно резко разграничивает зону коридора и спальную зону, но при этом оставляет пространство общим, объединяющим. Функцию объединения выполняет и одинаковый паркетный пол. Не менее интересно расширение объёма — традиционно через зеркало в ванной.
  • Акцентирование. «Золотая» сантехническая арматура в ванной, узор и цвет кухонной кафельной плитки на тумбе острова и на полу. Представьте, что это было бы либо дерево, либо что-то одноцветное — помещение стало бы более плоским, вялым.
  • Контраст. Наиболее ярко этот приём выражен в гостиной — белая мебель и белая дверь на фоне густого цвета стен. Стилистический контраст — «золотая» сантехническая арматура в ванной.
  • Стилистическая поддержка. В гостиной предметы мебели — отдельно стоящие столы, стулья, диваны — выполнены из тёмного ореха. Этот цвет является главным в английском стиле. Мебель в прихожей, рама зеркала в ванной — такие же, выглядят как «вещи с историей».

Консервативный интерьер может стать неотразимым

— Какими были основные требования заказчика?

— Самое главное — категорическое отсутствие новаторства, избытка декора, неоправданного украшательства. Консервативная спокойная классика, как это было сформулировано.

— Какова основная идея всего проекта, и что вы вложили в каждое из помещений?

— Идея оказалось одной-единственной: обеспечить выполнение требований клиентов, но при этом создать что-то интересное. Моё мнение таково — самым «простым» является интерьер спальни, но его «спасает» отличная мебель и подбор светильников. Наиболее интересны для меня помещения гостиной и ванной, где я всё-таки немного «порезвилась», но аккуратно. Когда согласовывался бордо гостиной, заказчики очень удивились, что столь интенсивный и насыщенный тон помогает воплощению их идеи о классике.

Ванная комната при всём лаконизме решений отличным образом демонстрирует, насколько даже самый консервативный интерьер может стать неотразимым благодаря качественным отделочным материалам. Ну и немножко эклектики — это я о кране, душе-смесителе.

— Как вы пришли к выбору цветов?

— Не могу ответить… Просто перебирая варианты околоклассических решений для каждого помещения, поняла, что холодная гамма не подойдёт категорически. Получается, что особого выбора у меня и не было. Но бордо и тёмно-травяной — это, конечно, очень интересно. Впрочем, это мои любимые цвета.

— Как долго длился ремонт?

— Довольно долго, около года. Когда я впервые увидела фронт работ, то помещение было вообще без перегородок, одни бетонные силовые (несущие) конструкции и монолит-стены. Это было принципиально для моих клиентов — строить «гнёздышко» они хотели с нуля, по своему разумению. Мы долго выбирали планировку с учётом расположения оконных проёмов, дверей на балкон и на лоджию, инженерных сетей (стояков). Итоговый вариант можно оценить на плане. В результате получилось неплохо, заказчик дал «добро» на воплощение проекта в жизнь.

— Где приобретали отделочные материалы, мебель, аксессуары?

— Как и всегда — по каталогам, которых у нас, как у любой студии, множество. Заказ делали через нашего постоянного поставщика, с которым давно сложились доверительные отношения.

— Каков ориентировочный бюджет столь серьёзного оформления большой квартиры с нуля и под ключ?

— По вполне понятным причинам точной цифры я не назову. Но это средний ценовой сегмент, ближе к высшему.

Ссылка на основную публикацию